ПРАВОСЛАВНЫЙ ИНТЕРНЕТ-ДАЙДЖЕСТ ДЛЯ ВСЕХ
Мы не рассказываем о новостях. Мы говорим о душе и ее спасении

Одобрено Синодальным информационным отделом Русской Православной Церкви, гриф № 217 от 12. 07. 2012 г.

 
ПОЖЕРТВОВАНИЯ НА СБОРНИК:

8 963 942 96 57 
(БИЛАЙН)
410011484072751
ЮMoney (Яндекс. Деньги) 

Подробнее...


При помощи СМС

Введите свой телефон и установите сумму пожертвования.

Инструкция по оплате

 

Сайты лучших православных СМИ
 
Видеотека
 
Православное радио
 
«    Сентябрь 2021    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930 

Сентябрь 2021 (13)
Август 2021 (21)
Июль 2021 (21)
Июнь 2021 (28)
Май 2021 (17)
Апрель 2021 (26)

Публикации / Православная духовность | 31-08-2021, 13:47

Источник информации

Мысли - цеплялки. foma.ru

Проголосовать:
голосов: 1









Владимир Гурболиков

Что бы я ответил Ивану Карамазову на его претензии к несовершенству созданного Богом мира

Мало в ком, думаю, не отзывался этот знаменитый крик души Ивана Карамазова:
«...Я не Бога не принимаю... я мира, им созданного, мира-то Божьего не принимаю и не могу согласиться принять... а поэтому от высшей гармонии совершенно отказываюсь. Не стоит она слезинки хотя бы одного только того замученного ребенка, который бил себя кулачонком в грудь и молился в зловонной конуре своей неискупленными слезками своими к „Боженьке“! Не стоит, потому что слезинки его остались неискупленными. Они должны быть искуплены, иначе не может быть и гармонии... Не хочу я, наконец, чтобы мать обнималась с мучителем, растерзавшим ее сына псами! Не смеет она прощать ему!..».
Вот и во мне эта речь Ивана сильно отозвалась в свое время. Да так, что я даже попытался вообразить: представься мне возможность лично написать Ивану письмо, что бы я сказал ему в ответ? Вышло следующее:
...Разве Бог не согласен с нами, что мир — в его нынешнем виде — плох? И разве Христос ходил по земле счастливый и благодушный? Всё Писание — сплошь — ответ на вопрос, почему нам больно и что делать, чтобы стало иначе.
Как же можно, утверждая, что веришь в Бога — не услышать того, как кричат Божьи Книги о боли и страдании?! Думается, такая вера — не вера еще, а пред-верие, а в Бога, быть может, ещё только предстоит поверить.
И ещё хочу Вам сказать, что в жизни дурно далеко не всё. И кроме подлостей люди делают много добра друг другу, и настоящие друзья есть, и любовь не иссякает... И если жестокость и боль существуют в мире — то почему именно Бог виноват в этом?..
Я помню — один из первых вопросов, которые меня вели к вере в Бога, был вопрос о том, почему мне не ответили взаимностью в любви. И когда я решился разобраться с этим — без адвокатствования, без потакания себе самому — то обнаружил сразу: виноват был я сам, потому что был самовлюблённым эгоистом, и думал не о любимом человеке, а о себе-любимом. Нужно начать с себя, потому что списать на Бога несовершенство мира — легко, но от этого мир не станет лучше.
И Бог постоянно говорит нам об этом.

Бог – в душе? А Церковь – не нужна?

Часто слышишь: «Я не иду в Церковь, потому что Бог — Он в душе». Однако мне кажется, только люди очень к себе снисходительные могут так легко сказать, что Бог у них в душе. Что касается меня... Вот я хотел бы, чтоб в моем сердце Он мог быть, но — что я сделал для этого?.. Бог не может быть во мне, это абсурдно, в той грязи, которую я в себе таскаю, сказать, что у меня в душе... БОГ?!
Да, конечно, без какого то Его присутствия душа, думаю, просто мгновенно окончила бы существование. Но тогда, если есть в моей душе Бог, то Он там уж точно не один... Как у Достоевского: «Тут дьявол с Богом борется, а поле битвы — сердца людей», и добавлю, если б так высоко! Я сам и люблю Его, и борюсь с Ним, вот в чём дело.
Поэтому мне нужно признаться: Бога в душе, в такой душе! — нет, я Его сам изгоняю, обращая постоянно во зло свободу, которую Он мне дал.
Но это сознавать — горько, больно, иногда просто ужасно сознавать такое!
Зачем я иду в Церковь? Ой, как же медленно, словно в страшном сне, словно в замедленной съёмке! — иду я в Церковь, для того, чтобы... Как объяснить?
Когда обнаружили опухоль, я пошел на операцию; мне страшно было ложиться на стол, но опухоль носить в себе — словно растягивать смерть, как резину, — еще страшнее. И после операции, когда знал, что опухоль вырезали, появляется надежда: а вдруг я ещё смогу жить? И стало немножко легче при этой мысли. А дальше ещё химиотерапия, чтобы попытаться убить эту онкологическую дрянь в лимфе, в крови... Такие сильные лекарства, что тошнит и волосы выпадают... Но когда лекарства эти подействовали, и мне сообщили, что анализы пришли в норму, и появился шанс — я уже благодарил, благословлял врачей за все, что они для меня сделали. Хотя бы и за один только шанс выздороветь...
Я иду в Церковь за своим шансом.
Мне хочется избавиться от того страшного сознания, которое хуже опухоли — что Бога во мне нет, что я не умею и не могу жить так, как только и нужно жить, если хочешь, чтобы Бог...
Церковь — она и больница, и родина, и место, где тебя по настоящему любят, и где ты учишься любить. Христос, все таинства, вся традиция, порождённая любовью и стремлением к Нему, — я в Церкви словно просыпаюсь и оттаиваю, она даёт силы и поддержку, чтобы стать лучше, даёт надежду, что Бог будет и в моей душе.
Может, и непонятны эти «устаревшие» церковные правила, но что мне предлагают взамен? Модные теорийки от чудо-голодания до психоанализа, которые претендуют, что могут всё изменить, хотя на самом-то деле решить главную мою Проблему они неспособны?..
Бога нет в моем сердце-то, и психоаналитик мне Его туда не «вправит». Бога нужно искать именно в Церкви.
Я понимаю, что тут посыплются вопросы: это в Церкви-то, где на тебя накричать могут, деньги потребовать, обзывают друг друга еретиками и еще чего только не делают??
Да, в Церкви. Потому так и оглушительна брань, так ужасно зловоние гноящихся, вскрытых и смердящих, наших израненных душ, оттого так абсурдна наша патологическая нелюбовь, что она — в Церкви! Что Церковь светом своим обнаруживает эти болезни. Я вижу свою жизнь в зеркале иной, святой жизни — и понимаю, что должен быть не таким, совершенно не таким, каков я есть!
Как у Бориса Гребенщикова:
«Как на черном — так чистый, как на белом — рябой... »
Если уберете «белое» — я буду считать себя чистым, и это будет страшная неправда обо мне. Но я-то уже не могу жить во лжи...
«Придите ко Мне, все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас», — говорит Христос. И тянутся к Нему толпы тех, кто почувствовал, что болен, что нет Бога в душе, что душа страдает. Так раненые тянутся в лазарет. Страшная, почти неприличная в своей наготе толпа искалеченных людей, единственное отличие которых — осознание своей у вечности, и поиск Врача — Бога в душу.
Отсюда и крик, и грязь — на фоне Красоты. Но Церковь не солярий, не санаторий, а скорее уж фронтовой лазарет. Тут и боль, но тут и надежда. ..
Может быть, кто-то считает себя вполне здоровым, а другие не знают, что в Церкви лечат.
Может, у многих действительно Бог в душе — говорю это без иронии: что я знаю о Боге и о других людях?..
Гребенщиков спел:
«Мне не нужно награды, не нужно венца,
Только стыдно всем стадом прямо в царство Отца...»
Господи, если бы речь шла о венце, о награде!.. Мне не стыдно, пусть «в стаде», в толпе. Не стыдно. Только бы Бог и вправду оказался у меня в душе, и я был бы жив...

Христианство и курсы валют. Как выжить самому и помочь друг другу

Митрополит Сурожский Антоний вспоминал о времени, когда еще не стал священнослужителем и работал врачом: «Мы с матерью приняли решение никогда не тратить на себя больше, чем нам требовалось на кров и пищу, потому что мы считали (я до сих пор так думаю), что все потраченное сверх этого, украдено у кого-то, чья нужда больше, чем ваша. Это не омрачает существование, это приносит радость делиться, давать и принимать. Но у меня чувство, что пока есть хоть один голодающий, излишек радости, излишек удобства — воровство».
Излишек удобства — воровство... Неудобная мысль. Особенно в относительно комфортные годы, когда столько возможностей себя «упаковать» так, чтобы не кололи сердце чужие переживания, боль, неустроенность. Когда кажется, что в этом мире для умного, рационального человека все устроено, все само идет в руки, а скорби — удел неудачников.
Но рано или поздно время встает на дыбы, ломая все планы. Рациональные схемы не действуют; стена отчуждения рушится. И открывается, что все мы плывем в одной лодке, не зная будущего, зависимые друг от друга. Имеющие надежду только на молитву Богу и сострадание ближнего.
В такой момент трудно поспорить с мыслью владыки Антония.
И если верить, что во всем происходящем есть хоть какой-нибудь смысл, то кризис, наверное, — это вовсе не хаос, а напротив, способ расставить все по своим местам.
Кризис — повод для трудных, но предельно честных вопросов. Зачем и на что тратились деньги; тому ли отдавалось время; кто наши подлинные друзья: наконец, хватит ли нам милосердия, которым обычно гордились, чтобы быть со страждущими, когда так тяжело самим?
Кризис — призыв снова подумать об очень разных, отчего-то «забытых» проблемах. О том, должен ли править цивилизацией ссудный процент, ростовщичество (на котором раздулся современный финансовый пузырь), — ведь Библия воспрещает его. О зауженном до предела представлении о производительном труде. Который вовсе не сводится к спекуляции и торговле. Но по-прежнему опорой всему творцы и защитники иных ценностей. Женщина — жена и мать. Земледелец. Учитель. Врач. О том вреде, который несет расширение принципа «купи-продай», попытка все «оптимизировать», превратить в рынок услуг и «эффективные технологии», загнав в «гетто» отношения, построенные на бескорыстном даре и неоплатном, но необходимом труде.
Кризис — это шанс спастись. Исполнить те евангельские заповеди, которые казались устаревшими и «не про нас»: отдать лишнюю одежду тому, у кого ее и вовсе нет; поделиться едой вместо того, чтобы гноить ее в холодильнике. И главное — прекратить «гноить» время, которое дано человеку, чтобы вспомнить о Христе и подумать о том, чтобы спастись не только физически, не ради нескольких лет. А для жизни вечной.
Многие воспринимают кризис как прекращение жизни, остановку, тупик. Так ли? 14 лет назад (когда мы пережили уже сравнительно далекий кризис 1998 года) в журнале «Фома» был опубликован кусочек из книги ныне покойного пастыря Церкви, протоиерея Дмитрия Дудко. Он так и назывался — «Тупик».
«Тупик. Казалось бы, что может быть безнадежнее этого? Но именно заходя в тупик, человек-то и находит выход. Тупик страшен, но в тупике собираешь все силы свои, весь запас их, и почти нечеловеческой волей выходишь из тупика. Тупик — осознание своего бедственного положения. В тупике особенно должна быть сильна вера. Если веры нет, человек теряется и погибает... Тупик — это завершение неправильного начала, запутанности жизни... Выходя из тупика, человек принимает другое направление жизни, как бы воскресает из мертвых... Пожалуй, выход из тупика — это выход в вечность».
Мы сейчас в очередном тупике. В кризисе. Который, возможно, дан именно для того, чтобы мы смогли опомниться и начать жить...

Владимир Гурболиков

 

В сюжете: Владимир Гурболиков цеплялки

 

Просмотров: 125
Опубликовал: Олег Рыжков

Подписка на сборник ДУША

Дорогие читатели!

Теперь, начиная с любого месяца, Вы можете подписаться на сборник ДУША через «Почту России».

Наш подписной индекс ПИ559

Подписаться можно любым, из этих трех способов:

1) На сайте «Почты России» podpiska.pochta.ru в строке поиска напишите слово «Душа», выберите наше издание и следуйте подсказкам или по прямой ссылке вы сразу найдете наше издание. https://podpiska.pochta.ru/press/ПИ559

2) Приходите в любое отделение «Почты России», назовите наш подписной индекс ПИ559 или название «Душа встреча с Господом» и оформите подписку у оператора.

 
Архив номеров
 
 
 
Сайты лучших православных СМИ
 
Библиотека
   
Метки
   
Друзья сайта
Представительства «Души»:
г. Москва, Михаил Штыкин: тел. +7 985 038 6098, mail: podpiskadusha@mail.ru
г. Санкт-Петербург. Алексей Алексеев: тел. +7 911 786 5254, mail: dysha.spb@mail.ru