Эти строки из песни Imagine («Представь себе») Джона Леннона, основателя группы «Битлз», в 40 лет убитого на пороге собственного дома. Сегодня ему исполнилось бы уже 80. Песня о мире без религии, где не за что умирать и все живут в мире, стала гимном нескольких поколений, и до сих пор многие солидарны с ее главной идеей: религия — то, что разъединяет людей. Что можно ответить таким людям?
В одной из самых знаменитых своих песен Леннон рисует картину, которую и сегодня многие назвали бы идиллической: мир, в котором нет ни войн, ни голодных, ни богатых, ни бедных, ни государств… И религии тоже нет. Люди живут как братья и сестры, не связывая себя никакими идеологиями. «Можешь назвать меня мечтателем, но я такой не один. Надеюсь, однажды ты присоединишься к нам, и весь мир станет единым», — такими словами завершается Imagine.
А теперь приведем еще одну цитату, в которой тоже говорится о единстве. Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино, — да уверует мир, что Ты послал Меня. И славу, которую Ты дал Мне, Я дал им: да будут едино, как Мы едино (Ин 17: 21–22).
Этими словами Иисус Христос молился Богу Отцу в ночь накануне распятия на Голгофе.
И в первом, и во втором случае речь о единстве людей. Но только Христос молится о единстве всех в Боге. А Леннон выражает позицию людей, живущих две тысячи лет спустя и стремящихся к единству и братству на каком-то ином основании; из текста песни не очень понятно — на каком, ясно только, что на безрелигиозном. Что должно объединить людей в «прекрасном новом мире», автор Imagine не отвечает. Говорит лишь, чего быть не должно. И чуть ли не в первую очередь — религии с ее представлениями об аде и рае. «Над нами только небо» — и ничего больше.
Но разве религия не разделяет людей? На верующих и неверующих, сочувствующих и агностиков и так далее?..
К сожалению, разделяет, отрицать это было бы глупо. Тем более что Сам Христос предупреждал Своих учеников: Я пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее (Мф 10:35). Не Христос, конечно, был причиной этого разделения, а злоба человеческая, объясняет святитель Иоанн Златоуст: слишком по-разному люди относились к Спасителю — и из-за этого разделялись на разные лагеря. «Мечом», разлучающим подчас самых близких людей, оказалась любовь ко Христу, «любовь, которая отделяет верующих от неверующих», писал византийский богослов XI–XII веков Евфимий Зигабен. Любовь ко Христу, оказывается, тоже может разрушать человеческое единство.Но единство само по себе — это не хорошо и не плохо. Все зависит от того, во имя чего оно. Когда люди объединяют усилия, например, сбрасываются деньгами, для того чтобы больному ребенку сделали важную операцию, получается единство во имя жизни. Когда болельщики на стадионе бесконечно скандируют какой-нибудь незамысловатый слоган в поддержу любимой команды, их объединяет уже только эмоция. Когда взрослые (или не очень) ребята, сидя на лавочках во дворе, накачиваются пивом, а потом идут громить магазин за углом — это уже почти что преступная группировка.
Да, к сожалению, и вера является одной из причин разделения между людьми, но далеко не единственной и вряд ли главной. Что, например, сейчас заставляет толпы людей в Соединенных Штатах громить, поджигать и грабить магазины, бить и убивать тех, кто пытается защищать свои дома и собственность? Неужели религия?
А христианская вера и вовсе ищет соединения всех людей, да будет Бог все во всем (1 Кор 15:28).
Почему бы все-таки не обойтись без разделений на почве веры?
Разделения все равно будут: человек, мягко говоря, не совершенен и всегда найдет повод оттолкнуть, осудить другого человека. Вряд ли кто-то станет спорить с этим тезисом, но христианство единственное отвечает на вопрос о том, откуда берется это несовершенство: из факта грехопадения первых людей, нарушивших заповедь Бога и вкусивших плод с древа познания добра и зла. И христианство единственное говорит, что делать в этой ситуации человеку, унаследовавшему от прародителей болезнь греха, — обратиться за помощью к Врачу, Господу Иисусу Христу.Если вернуться к песне Джона Леннона — ведь она по сути о земном рае. Не надо мечтать о небесах, давайте устроим рай прямо здесь — вот о чем речь. Идея эта не новая, даже христиане одно время ею увлекались, истолковывая один фрагмент Откровения Иоанна Богослова (Откр 20:2–3, 6) таким образом, что однажды здесь, на земле, должно установиться тысячелетнее царство Христа. (Это учение — хилиазм — Церковь, кстати, признала ложным очень рано, уже в III веке по Р. Х.)
Но разве это не прекрасно: у людей нет причин ни убивать друг друга, ни жертвовать собой, кругом сплошь мир и любовь! Может, кто-то и пожалеет, что нет рая, но нет ведь и ада, а без него как-то гораздо спокойнее живется...
Леннон считает, что стоит только отказаться от «мифических» рая и ада и «назвать вещи своими именами» (небо — небом и так далее), как люди заживут в мире, радости и согласии. Но это очень наивный взгляд. Это что же, религия мешает нам не злиться друг на друга? Это «миф о рае» вынуждает нас перемывать кости коллегам по работе у них за спиной? Это из-за страха попасть в ад мы валяемся целыми днями на диване и убиваем время, глядя в телевизор?
Все человеческие проблемы и неустройства коренятся в самом человеке, из сердца исходят (Мф 15:19), и именно христианство сообщает людям эту горькую истину. Оно предупреждает, что человек уже рождается со склонностью грешить — наследственной болезнью, от которой не избавит повторение каких-то самоутешительных мантр или построение очередного «нового общества», излечиться от которой можно, только обратившись ко Христу.
Но есть тут и еще одна сторона, эмоциональная… Вам хотелось бы жить в мире, где все люди живут, как поет Леннон, одним сегодняшним днем, не задумываясь о смерти? А это вообще реально — жить, не думая о смерти, прекрасно при этом зная, что однажды тебя не станет?..
