Читаю у святых отцов о том, что многие просили у Господа скорбей и день, проведённый без скорби, оплакивали как потерянный. Я годами не мог понять и вместить этого. «Как можно оплакивать день, в котором не было скорбей?» – задавался я вопросом и не мог найти на него ответ. Но когда сам стал проходить со вниманием через горнило страданий, то увидел в этом огромную пользу для души.
Во-первых, скорбь отрезвляет; во-вторых, она смиряет; и в-третьих, ничего не остается, как упасть в покаянии к ногам Божиим.
Отрезвление. В повседневной суете человек легко погружается в состояние духовной спячки или самодовольства. Мирские заботы, развлечения и успехи создают иллюзию стабильности и самодостаточности. Скорбь же, подобно резкому холодному душу, вырывает душу из этого оцепенения. Она заставляет остановиться, посмотреть на свою жизнь со стороны и задать главные вопросы: «Кто я?», «Куда я иду?», «В чем истинный смысл моего бытия?». В этом смысле скорбь – это не кара, а лекарство, горькое, но необходимое.
Когда всё в жизни идет гладко, легко впасть в гордыню, приписывая успехи собственным талантам и усилиям
Смирение. Это прямое следствие отрезвления. Когда всё в жизни идет гладко, легко впасть в гордыню, приписывая успехи собственным талантам и усилиям. Страдание же наглядно показывает человеку его подлинное место в мироздании – хрупкость его природы и полную зависимость от Бога. Оно разрушает иллюзию всемогущества собственного «я», заставляя признать свою немощь. Как писал святитель Игнатий (Брянчанинов), «путь к Богу – это путь самоукорения», а скорби – лучшие учителя в этом искусстве.
Покаяние. Когда человек отрезвлен и смирен, у него не остается иного выхода, кроме как обратиться к Богу за помощью. В состоянии благополучия мы часто забываем о молитве или подходим к ней формально. В скорби же молитва становится криком души, искренним и пронзительным. Именно в такие моменты происходит настоящее покаяние – не просто перечисление грехов на исповеди, а глубокое изменение ума (метанойя), поворот всего существа к Источнику жизни.
Скорби – это не признак богооставленности, а часто наоборот – свидетельство того, что Бог не оставляет человека наедине с его духовной спячкой. Он попускает испытания, как хирург попускает боль ради исцеления больного органа, чтобы спасти всего человека для вечной жизни.
Молитва, как матерь всех добродетелей, может не только помочь решить задачи здесь и сейчас, но большее ее свойство – приобщение Богу, Его любви, благодати.
Все очень просто: прииди ко Христу и скажи Ему то, что тебя по-настоящему беспокоит
Мы же чаще всего сводим все до банального оправдания себя: не могу, не умею, не буду и т. д. А ведь все очень просто: прииди ко Христу и скажи Ему то, что тебя по-настоящему беспокоит.
Господь слышит каждого, а, чтобы нам услышать любовь Божию, нужно открыть сердце. В черством и гневливом Он не поселится. Отсюда и нападки ярости атеистов на христиан. Нас не поймут, пока не пожелают открыть сердце Богу и посмотреть честно на себя, свою душу.
